Everything.kz

Раньше я была очень востребованной ведущей, и мои пару недель до Нового года обы...

Раньше я была очень востребованной ведущей, и мои пару недель до Нового года обы...
Раньше я была очень востребованной ведущей, и мои пару недель до Нового года обычно были расписаны еще в марте. Однажды меня попросили провести новогодний праздник для детей, оставшихся без попечения родителей, и детей-сирот в школе-интернате. Я согласилась, внесла эту дату в свой календарь. И вот на ту же дату вдруг в начале декабря прилетает внезапный заказ. На очень хорошие деньги. Такие хорошие, что лучше быть не может. В два раза больше, чем обычно. Я растерялась. С одной стороны - договоренности. С другой стороны — возможность махом решить свои финансовые проблемы. Я подумала, что найду детям другого ведущего. И оплачу. И все равно останусь в плюсе. Это дружественный интернат, я езжу к ним много лет, помогаю, они меня поймут, тем более, что будет достойная альтернатива. Я нашла ведущего. Хорошего. Классного. Петю. Петя был лучше меня. Потому что он еще и пел. А я — не пою. Я хотела написать об этом письмо заведующей, но чувствовала себя очень виноватой. Не смогла написать и в ближайшую субботу я поехала в тот интернат сообщить эту новость. Я преподнесла ее как хорошую. Мол, Марь Семенна, на Новый год к вам придет Настоящий Дед Мороз!!! Марь Семенна улыбнулась и протерла уставшие глаза под очками: — А сама будешь? — Нет, я сама не смогу. — Тогда не надо, Олюнь, мы сами, — мягко сказала она. — Почему? Это Петя, посмотрите демку, он отличный ведущий, дети будут в восторге… — Нет, правда. Новый год — семейный праздник. Мы побудем семьей. Петя наверняка хороший, я верю тебе, но мы и сами. У нас знаешь сколько придумщиков? Сейчас дам задание, и конкурсы, и песни, все придумаем… — Он великолепный дед Мороз, вы подумайте, чтобы праздник был более, ну, праздничным!!! — Нет. Мы своими силами забабахаем, знаешь, какой классный праздник! Марь Семенна говорила очень бравурно. Ни капельки не обиженно. Она мудрая женщина, она все понимала. Я вышла в холл поговорить с детьми. — Ты приедешь к нам на Новый год? — спросили они. Я боялась этого вопроса. И подготовилась. Я купила всем мороженого и привезла его в специальном пакете, сохраняющем холод. — Всем мороженое!!! — воскликнула я и распахнула пакет. Дети — это дети, обычно несколько десятоков ладошек тут же ныряет в пакет за лакомством, а тут будто почуяли неладное, никто не потянулся. — Ты приедешь к нам на Новый год? — спросил Слава. Слава тут главный, лидер. Властный, злой. Слава — сирота, у него погибли родители, он хочет вырасти и отомстить, только пока не придумал кому. Тут, в интернате, если честно настоящая дедовщина устроена Славой. Заведующая борется с этим, но пока никак. Слава всегда лохматый, я зову его «Ёжик». — Я не смогу, ёжик, — тихо сказала я и громко напомнила. — Мороженое!!! — Почему? — строго спросил Слава от имени всех детей. В моей жизни потом будет еще много строгих начальников, которые смотрели на меня требовательно и вопросительно, но такого, как Слава - никогда. — Я буду в другом месте… Мне хочется рассказать им, этим детям, почему я буду в другом месте. То, что я там буду, решит мои проблемы, Слава. У меня сильно болеет мама, и сиделка стоит больше, чем вся моя зарплата. И у самой сейчас не здорово со здоровьем, лечусь и пью дорогущие таблетки. А мой муж — не миллионер, обычный работяга. А мой сын ходит в частный детский сад, потому что прописан он в одном месте, а живем мы в другом. Недавно нам сильно помяли машину, так сильно, что чинить — очень дорого. А без машины — никак, надо к маме ездить, и с ребенком — и в сад, и в бассейн, и на кружки. И вообще… — Ты там работать будешь? — спрашивает Слава. Мудрый маленький злой ежик. — Да, — честно отвечаю я. — Мне очень надо там быть… Мне захотелось рассказать про Петю, которого я нашла, но зачем, если его все равно забраковали? — Ясно, — сказал Слава. Ни одна ладошка не потянулась за мороженым. Ни одна. — Мы после полдника им раздадим, - обняла меня Марь Семенна, забрала пакет, чтобы устранить неловкость. — А сейчас у нас много дел, будем придумывать сценарий праздника! Мы потом еще долго болтали с детьми, играли, писали сценарий. Славка только ушел. Дела у него. И ему все «ясно». Через пару часов я уехала домой. Ну, можно считать, что все в порядке. Нужно соглашаться на тот, денежный заказ. Я достала телефон. На душе скребли кошки. Я выбрала деньги. Нет, даже не деньги. Я выбрала решение своих проблем. Хотя не важно. Все равно это про деньги. Деньги — это защищенность и комфорт моих близких и любимых людей. А у этих детей нет близких. Тех, кому не безразличен их комфорт, кто ради него готов на многое. Даже, на подлость. Я вдруг четко осознала: я никогда не смогу простить себе этот выбор. Этих детей повсеместно предают взрослые. И я с моими сникерсами и морожеными, привозимыми регулярно, ничем не лучше. Они привыкли, что в жизни взрослых всегда есть что-то важнее их. Деньги, проблемы, болезни, чужой комфорт. А их любовь — бесплатная, а все бесплатное — оно же неценное. Офигеть, конечно. Это ж я только что чуть совесть не продала. За сотню. Так вот сколько ты стоишь, Савельева… Добрая, показательно-хорошая девочка. Ты легко выбрала себя, свои эгоистичные интересы и преподнесла сразу пяти десяткам детей отличный взрослый урок о ценностях этого мира. Я заплакала. Как сложно жить. Но мне очень — очень нужны деньги… Я вздохнула и набрала номер заказчика. …27 декабря в актовом зале школы-интерната, где я в костюме Снегурочки вела праздник для детей, оставшихся без попечения родителей, и детей-сирот, раздались звуки мега-популярной тогда песни группы «Дискотека Авария» про Деда Мороза. Мы вместе с детьми заранее переделали в ней слова и радостно горланили под минус кто во что горазд эту песню, и вот во время проигрыша, где детские голоса завопили: «Де-душ-ка-Мо-роз!» в дверях послышалось характерное «старческое» кряхтенье: «Слышу-слышу» и в зал ворвался румяный Петя в пышном костюме деда Мороза: — Я Дед Мороз, борода из ваты… — Аааааа, — закричали дети, не справившись с восторгом и ликованием. — Ааааааааааа!!! Уже потом, после праздника, когда все подарки были розданы, а все песни были спеты, и Петя, в джинсах и свитере, собирался уезжать, я протянула ему конверт с гонораром (я знаю, сколько он стоит), а он посмотрел на меня и сказал весело: — Ты что, мать? Не возьму! Совесть-то моя — при мне! Деньги — это свобода. Свобода купить то, что очень нужно. Но. Но есть вещи, которые нельзя купить. Только продать. Совесть. Веру в людей. Прощение. Шанс исправить то, что можно сломать, случайно, не специально, но на всю жизнь. А иногда отказаться от денег — это уникальная возможность приобрести нечто бесценное… Например, самоуважение. Однажды в старой газете я увидела слово КУПЛЯПРОДАЖА. Там потерялось тире между двумя словами, и получилось одно, которого, как я думала, не существует. А оно существует, оказывается. Когда ты купил, скажем, ремонт автомобиля, а совесть продал, и все это одной банковской операцией. И живешь ты потом вот такой куплей всю жизнь. Но есть выбор: ты остаешься, окруженный частоколом финансовых проблем, но каждую ночь засыпаешь со спокойным сердцем, без саднящих заноз. Я на всю жизнь запомню благодарные глаза Марь Семенны, которые она, сидя на последнем ряду актового зала, терла за очками. У меня потом было много-много жизненных гонораров, но такого — никогда. После праздника ко мне подошел Слава. У него на воротнике запутался дождик, но я промолчала. Слава был очень лаконичен. — Спасибо. — За что? — За… то мороженое. — А, — улыбнулась я. — Пожалуйста, ежик. — Только знаешь что? Я должен тебе кое-что сказать… — Что? Он встал на цыпочки, я наклонилась к нему, и он прошептал мне на ушко: — Я не люблю шоколадное… @ Ольга Савельева
Лучшая подборка на AliExpress, специально для тебя!
Эта статья была автоматически добавлена из сообщества ♥ Калининский район Лайт ♥